история, рассказанная участником,
"Пропавшей экспедиции"
об экстремальном путешествии на остров Котельный (известный по книге “Земля Санникова”), которое состоялась в 1994 г.
Во второй половине июня 1993 года
профессиональный путешественник Валентин Ефремов
геофизик Николай Симаков (Новосибирская Академия Наук)
кинооператор Тютиков Владимир отправились в весьма рискованное путешествие
* * *
"Знаете, как бывает с мыльными пузырями, которые любят запускать дети: выпустят они из колечка ворох радужных оболочек, понесутся они, подхваченные ветром, но судьба каждого – непредсказуема и индивидуальна. Никогда не угадаешь – каким из них уготована долгая жизнь. Большой пузырь может вскоре лопнуть, маленький пролетит дальше, а может будет все наоборот. Однако вскоре от полусотни мыльных пузырей, вылетевших из пластикового колечка, всегда остаются считанные единицы. Летят они уже далеко друг от друга и кажется, что их ничто между собой не связывает. Я начал писать воспоминания об экспедиции по острову Котельльный ещё по достаточно свежим впечатлениям, но продолжить начатую работу, как это часто бывает, помешали дела житейские. Иногда мне казалось, что ничего страшного, и я всегда смогу продолжить, а временами хотелось забросить эти записи и перестать вспоминать промозглый воздух, замерзшие пальцы и тот парадокс, что для того, чтобы вернуться, требуется идти только вперед. Так и прошло тридцать лет – дел житейских стало поменьше, а последние мыльные пузыри воспоминаний ещё приглашают присоединиться к их полету и манят придать их радужным переливам форму слов на бумаге. Видимо, пора закончить эту повесть, раз уж когда-то ее начал..."
"Знаете, как бывает с мыльными пузырями, которые любят запускать дети: выпустят они из колечка ворох радужных оболочек, понесутся они, подхваченные ветром, но судьба каждого – непредсказуема и индивидуальна. Никогда не угадаешь – каким из них уготована долгая жизнь. Большой пузырь может вскоре лопнуть, маленький пролетит дальше, а может будет все наоборот. Однако вскоре от полусотни мыльных пузырей, вылетевших из пластикового колечка, всегда остаются считанные единицы. Летят они уже далеко друг от друга и кажется, что их ничто между собой не связывает. Я начал писать воспоминания об экспедиции по острову Котельльный ещё по достаточно свежим впечатлениям, но продолжить начатую работу, как это часто бывает, помешали дела житейские. Иногда мне казалось, что ничего страшного, и я всегда смогу продолжить, а временами хотелось забросить эти записи и перестать вспоминать промозглый воздух, замерзшие пальцы и тот парадокс, что для того, чтобы вернуться, требуется идти только вперед. Так и прошло тридцать лет – дел житейских стало поменьше, а последние мыльные пузыри воспоминаний ещё приглашают присоединиться к их полету и манят придать их радужным переливам форму слов на бумаге. Видимо, пора закончить эту повесть, раз уж когда-то ее начал..."
Тютиков В.Н.
...Самолет приземлился в Тикси 7 июня 1993 года, и мы заселились в гостиницу аэропортовского поселка, отстоящего от города на несколько километров. Мы – это организатор экспедиции Валентин Ефремов и я, приглашенный в его экспедицию кинооператор. Часы в Тиксинском аэропорту показывали далеко за полдень, а мои личные, ещё хранящие московский режим, пытались убедить меня в том, что сейчас лишь раннее утро, и к этой разнице во времени я потом буду адаптироваться ещё очень и очень долго. Полярный день тоже показал себя с неожиданной стороны – что ни "ночь", то солнце, просидев все остальное время за плотным слоем облаков, после полуночи находило в них дырочку и начинало, компенсируя дневную недостачу, светить из-под туч прямо в окно нашего гостиничного номера, где пара узких прозрачных занавесок советского образца никак не могли нас спасти от избытка света. Тогда в ход шли газеты и другие подручные материалы, которыми завешивали непомерно большие окна. Надо сказать – без особого успеха...
...Несмотря на то, что на маршрут мы вышли втроем, в составе нашей экспедиции необходимо учитывать еще одного участника, без которого она не смогла бы состояться. Буквально в первый день по прилету нам с Валентином здесь же, в аэропортовском поселке, посчастливилось познакомиться с Борисом Хацевичем, местным авиадиспетчером, имеющим очень подходящее для нас хобби – радиолюбительство. Нашли мы его элементарно: по большой антенне сложной конструкции, возвышающейся над жилым домом. Причем нам повезло дважды: Борис оказался лучшим специалистом по дальней радиосвязи, которого можно было найти во всей округе. К нему за консультацией обращались даже те, для кого радиосвязь была основной профессией...
"...Начало путешествия Валентин, было дело, подгадал на апрель – к началу российско- американских учений по проведению спасательных работ в Заполярье. Тогда с Аляски прилетали тамошние спасатели, и вместе с отрядом, который базируется на тиксинском аэродроме, они летали на остров Столбовой, что рядом с Котельным..."
"...Николай, пользуясь задержкой, поставил столбик для проведения геомагнитных измерений и прибил табличку, которую соорудил из куска алюминия - его Николай нашел на одном из бревен, выброшенном океаном на берег. В табличке содержится просьба не использовать этот бревно в качестве топлива для костра.
Суть в том, что в геомагнитных измерениях ценятся показания, полученные с абсолютно идентичных точек, желательно приподнятых над почвой. Спустя годы кто-нибудь из Академии наук снова окажется здесь и также поставит прибор на этот столбик, повторив измерения и сравнив их с сегодняшними, сделанными Николаем.
Спустя много лет Николай показал мне карту, где были показаны места проведения измерений чуть ли не за все годы наблюдений. "
А это измерения, сделанные Колчаком во время плавания на шхуне "Заря", - указал Николай на группу точек. - "Их мы тоже учитываем в своих расчетах"..."
Суть в том, что в геомагнитных измерениях ценятся показания, полученные с абсолютно идентичных точек, желательно приподнятых над почвой. Спустя годы кто-нибудь из Академии наук снова окажется здесь и также поставит прибор на этот столбик, повторив измерения и сравнив их с сегодняшними, сделанными Николаем.
Спустя много лет Николай показал мне карту, где были показаны места проведения измерений чуть ли не за все годы наблюдений. "
А это измерения, сделанные Колчаком во время плавания на шхуне "Заря", - указал Николай на группу точек. - "Их мы тоже учитываем в своих расчетах"..."
"Я понимаю, что мое участие в полете за геофизиком отпадает, но надо что-то предпринимать. Бегу в стоящий на сопке вертолет, спрашиваю – есть ли связь с улетевшим бортом и прошу показать полетную карту. Хотя бы по связи попробую обрисовать точку, где находится зимовье. Мне ли не знать, как даже находясь на земле трудно искать зимовье в сумерках!
Поворачиваюсь к карте… Карта, конечно, хорошая, нам бы такую – остров отрисован куда подробнее, вот только… Глаза мигом находят нашу точку – мыс Кожевина, и тут сердце опять выделывает кульбит: мыс наш находится у самого правого среза карты, даже мыс Песцовый уже не помещается. Я перевожу взгляд вверх, и челюсть повисает, а слова застревают в глотке. Наконец выдавливаю осторожно?
– А другой карты нет?
– Эта, другой нет…
Срез карты на севере острова проходит по тому месту, где мои спутники сели на плавсредства, чтобы обойти ледовый затор перед мысом Санга-Балаган. То есть даже то место, где я набрел на “следы снежного человека”, уже за пределами видимости! "
Поворачиваюсь к карте… Карта, конечно, хорошая, нам бы такую – остров отрисован куда подробнее, вот только… Глаза мигом находят нашу точку – мыс Кожевина, и тут сердце опять выделывает кульбит: мыс наш находится у самого правого среза карты, даже мыс Песцовый уже не помещается. Я перевожу взгляд вверх, и челюсть повисает, а слова застревают в глотке. Наконец выдавливаю осторожно?
– А другой карты нет?
– Эта, другой нет…
Срез карты на севере острова проходит по тому месту, где мои спутники сели на плавсредства, чтобы обойти ледовый затор перед мысом Санга-Балаган. То есть даже то место, где я набрел на “следы снежного человека”, уже за пределами видимости! "
"Когда я услышал, что спасатели Николая нашли, то даже сложно сказать, какое ощущение облегчения возникло во всем теле. Выдохнул и понял, что пункт “один” завершен и уже можно переходить к пункту “два”: как именно вертолеты будут возвращаться в Тикси? ..."
